Оказывается, кто-то из предателей донес немцам, что у нас сын был партизаном и что я похоронила его.

Рубрика : О Cаласпилсе

А потом получил от Раисы Прокофьевны письма, из деревни Щербово, Дубровского сельсовета, Новоржевского района.

Она, кстати, самая первая откликнулась на мой розыск саласпилсцев, который я вел через псковские газеты, в частности, после публикации моей статьи в районной газете «Знамя труда», выходившей (не знаю, как сейчас, выходит ли?) в городе Новоржеве ныне Псковской области. Вот одно из ее писем:

«В годы войны проводила я своего сына Сашу в партизаны. Но недолго пришлось повоевать моему сыночку. В одном из боев с карателями он погиб. Однажды днем пришли в нашу деревню партизаны и принесли эту тяжелую весть.

Плакала, погоревала я. Да что делать, мертвого не воскресишь. Сказали, где лежит он. Долго не раздумывала, собралась — и в дорогу. Пришла на то место, стала расспрашивать.

Одна девушка, которая хорошо знала нашу семью и моего Сашу, хоронила погибших в том бою партизан. Тело моего сына она и положила отдельно. Знала, что приду.

Так я встретилась с сыном. Привезли домой, похоронила с честью. Сейчас они лежат все вместе в братской могиле. Саша и все, кто погиб в эту войну.

Через несколько дней после гибели Саши моего мужа вдруг вызвали в Новоржев, в комендатуру. Время шло, а он почему-то не возвращался. Решила узнать, в чем дело. Пришла в комендатуру, и здесь сразу же меня арестовали.

Оказывается, кто-то из предателей донес немцам, что у нас сын был партизаном и что я похоронила его. Долго допрашивали. Мужа, встретив, сразу не могла узнать, его зверски избили прикладами.

Ничего не добившись, отправили нас в Моглинский лагерь смерти.

Сколько было пролито слез! Но верили мы в победу, верили, что скоро погонят фашистов с нашей земли. И эта вера помогла нам выстоять.

И наша славная армия пришла, принесла нам долгожданное избавление.

Долго искала мужа, но все безрезультатно, потом сообщили, что его уже отправили домой. Вскоре и я тронулась в дорогу.

Встретились. Нашли своих детей и стали помаленьку жить. Работали на строительстве железной дороги в Брянске, затем приехали в родной колхоз. В нем и остались».

Вот еще строки — из ее письма:

«Муж мой лежит больной, парализованный, сама болею от переживаний. У меня три сына и четыре внука”.

Сейчас уже нет в живых Васильевых-старших. Пусть хоть эти строки сохранят о них память.

Судьба их похожа на судьбы многих других русских семей, попавших под фашистскую оккупацию. Мстя за свои поражения на фронте, не имея сил и возможностей справиться с разрастающимся партизанским движением в своем тылу, гитлеровские захватчики поставили своей целью запугать мирное население с тем, чтобы в корне погасить всякое сопротивление «новому порядку». Однако это им не удалось.

Жестокие репрессии обрушивали захватчики на советский народ, на народы оккупированных стран.

А приведенную ранее цитату сверял (частично) по книге «Немецко-фашистский оккупационный режим (1942-1944 г.г)” — М., Политиздат, 1965 г., стр. 28.

Рубрика : О Cаласпилсе

В дополнение к этой статье, советую прочитать:
  • До сих пор кое у кого бытует мнение, что был Саласпилс специальным концлагерем для детей
  • Многие исследователи обращают внимание на то, что распределение УС по семантическим разрядам неравномерно
  • Что было в Моглино ?
  • Все надеялся, что кто-нибудь откликнется
  • Легенда утверждает, что по ночам башня издает таинственный звон